История храма в Немчиновке.

ИСТОРИЯ ПЕРВОГО ХРАМА



До 1914 года своей церкви в Немчиновке не было. Ближайший храм – Никольский, – находился в селе Ромашково, первое упоминание о котором относится к 1627 году. Оттуда по воскресеньям приходил священник с дароносицей, вешал на стену пассажирского зала Немчиновского вокзала икону Христа Спасителя и причащал тех, кто по болезни или немощи не мог прийти в Никольский храм.
История храма в Немчиновке.

Старое здание станции Немчиновский пост.

Платформа Немчиновка тогда еще носила название Немчинов пост. Здание вокзала было деревянным. Новое было построено в 1914 году. Вокзал в Немчиновке – одно из творений выдающегося архитектора Ивана Ивановича Струкова (1864–1945), автора Белорусского вокзала и Тверского путепровода. По его проекту в 1899 году был возведен вокзал в Кунцеве, в 1901 – в Кубинке. К проектированию пассажирского здания на станции Немчиновский пост (Немчиновка) И.И. Струков приступил после окончания строительства комплекса Белорусского вокзала – в начале 1913 года, в августе его проект утвердило руководство дороги, а строительство началось в мае 1914 года. В материалах Московско-Брестской дороги хранится архивная папка «Дело по постройке пассажирского здания на ст. Немчиновский пост», в которой имеется цветной проект здания, подробная смета стоимости работ и материалов и вся история создания данного объекта Александровской железной дороги. Вопрос о новом пассажирском здании в Немчиновке решился еще в 1908 году, а задержка связана, по-видимому, с занятостью Струкова на архитектурном объекте – Белорусском вокзале, сооружение которого приходится как раз на 1909–1912 годы. И только в 1913 году Иван Иванович находит время заняться проектированием здания в Немчиновке.

История храма в Немчиновке.


В том же 1914 году был открыт в поселке Немчиновка храм. Под церковь была реконструирована дача, переданная церкви по просьбам общины верующих основателем поселка Михаилом Ардалеоновичем Немчиновым. Дача, построенная шестьюдесятью годами ранее, была без фундамента, с одинарным полом, одинарными дверями и окнами, и к 1914 году сильно обветшала. Верующие произвели капитальный ремонт, полностью заменили сгнивший правый угол здания. Освятили церковь в честь иконы Божьей Матери "Утоли моя печали". Несмотря на ремонт, температура в храме в зимние месяцы не поднималась выше трех градусов.

Храм располагался на пересечении Александровского проспекта и Московской улицы, в настоящее время это Советский проспект и 2-й просек, соответственно. К сожалению, фотографий внешнего вида храма не сохранилось, лишь по воспоминаниям, дошедшим до нас от прихожан, известно, что внешне был он очень похож на храм преподобного Сергия Радонежского в Эммануиловке, где одно время находились мощи святителя Феофана Затворника. У храма в Немчиновке была пристроена и колокольня с шестью колоколами. Сохранились несколько фотографий священнослужителей храма и его интерьера, также список (78 пунктов) церковной утвари и икон, бывших когда-то в храме. В 1924 году силами прихожан при храме был построен и небольшой дом для священника.

История храма в Немчиновке.

Крестный ход у Немчиновского храма, 20-е-30-е годы XX века.
История храма в Немчиновке.

Внутреннее убранство храма.

О первом настоятеле храма, который совершал свое служение до 1921 года, точных сведений у нас нет.
Вторым настоятелем храма был священник Алексий Гаврилович Савицкий. Отец Алексий (Савицкий) - с 1907 по 1915 года служил в Варшавской Мариинской церкви, был законоучителем и учителем мужской гимназии, эвакуированной в 1916 году в Бутурлиновку, где прослужил до 1918 года. С 1919 по 1920 год отец Алексий был священником в Рождество-Богородицкой церкви села Мокрый Еланчик, а с 1921 по 1926 – в храме Рождества Христова в поселке Немчиновка.

В 1926 году настоятелем храма был назначен священник Алексей Константинович Соколов. Отец Алексий (Соколов) родился в 1884 году на Алтае – в городе Бийск в семье архиепископа Иннокентия (Соколова), выдающегося миссионера, начальника Алтайской миссии, сподвижника митрополита Московского Макария (Невского). В 1910 году после окончания Казанской Духовной Академию, стал законоучителем в Бийской мужской гимназии, где проработал до 1919 года. В 1920 году стал приходским священником, некоторое время был помощником начальника Алтайской миссии.
История храма в Немчиновке.


В связи с заключением отца – архиепископа Иннокентия в Бутырскую тюрьму в 1922 году, отец Алексий прибыл в Москву и стал служить в храме Рождества Христова села Немчиновка, в 1926 году став его настоятелем.

В конце 1934 года новый председатель Немчиновского поселкового совета запретил проведение приходских собраний, колокольный звон, а затем по его распоряжению были сняты и сами колокола. Спустя немного времени он решил закрыть храм, а здание отдать под занятия физкультурников, ссылаясь на малочисленность прихожан. В это время в поселке было около семисот домов и проживало восемь тысяч жителей, из которых две тысячи подписались как верующие под заявлением с протестом против закрытия храма.
История храма в Немчиновке.


2 апреля 1935 года, живший на покое в Немчиновке архиепископ Иннокентий (Соколов) направил ходатайство на имя сестры В.И. Ленина - Марии Ильиничны.
История храма в Немчиновке.


«Я, нижеподписавшийся, – писал владыка, – проживаю в поселке Немчиновка с 1927 года в качестве частного лица под кровом и на иждивении одного моего сына, протоиерея Алексия Константиновича Соколова. Ранее этого времени, в течение полувека, трудился я на миссионерском поприще, приводя из тьмы неведения к познанию Христовой истины идолопоклонников, кочевников горного Алтая… сначала в звании простого миссионера-священника, потом в должности начальника Миссии в сане епископа. В настоящее время по преклонности лет (родился 13 февраля 1846 года) нахожусь в полной отставке. Состою не у дел. Однако имею благословение Священного Патриаршего Синода на совершение церковного богослужения в Немчиновском храме. Пользуясь этим правом, я совершаю здесь Божественную литургию по праздникам. И это доставляет мне величайшее духовное утешение, так что я готов и кости сложить при подножии сего храма. Но вот горе. 25 марта сего года Президиум Мособлисполкома вынес постановление о закрытии нашей церкви по ходатайству председателя Немчиновского поссовета гражданина Куликова, мотивируемое крайне малым количеством верующих Немчиновского прихода, число коих якобы не превышает двадцати человек, тогда как на самом деле число верующих при здешней церкви простирается до двух тысяч душ.

Ввиду изложенного и зная притом Вашу христианскую готовность оказывать посильную помощь всем нуждающимся в оной, обращаюсь к Вам, добрейшая Мария Ильинична, с покорнейшей просьбой поддержать ходатайство православных, поданное в Отдел Культов ВЦИКа об оставлении нам молитвенного здания для совершения необходимых треб».

Ответа на это письмо не последовало. Общиной были написаны и отправлены еще несколько прошений, но ответа и на них не последовало. Все это время в храме, однако, продолжались богослужения.

20 сентября 1935 года было отдано окончательное распоряжение о закрытии храма. В течение трех дней верующие попытались обжаловать это решение, добавляя, что если невозможно оставить им храм, то они просят разрешения снять для богослужений сарай, который у них для этой цели уже найден. Но власти стояли на своем: храм закрыть и не разрешать взять другого помещения.

Весь клир храма, включая протоиерея Алексия Соколова, священника Николая Гаварина и диакона Елисея Штольдера, вынужден был перейти служить в Никольский храм в селе Ромашково, откуда всем троим был уготован крестный путь…

В 1937 году после выхода секретной сталинской директивы о массовых репрессиях следователь Кунцевского отделения НКВД составил списки тех, кого он предполагал арестовать, а также списки «свидетелей», которые могут подписать лжесвидетельства, и начертил схемы – какой «свидетель» какой эпизод антисоветской деятельности обвиняемого должен был подтвердить, а поскольку набор таких эпизодов был невелик, то они тщательно перетасовывались, чтобы создать видимость достоверности.

В августе 1937 года следователь вызвал одного из жителей Кунцево, некоего Александра Ивановича, и предложил ему дать показания на одного из священнослужителей - Николая Гаварина. Свидетель был со священником не знаком и отказался от подлой роли, и тогда следователь пустился в длинные рассуждения о современном политическом положении и задачах Коммунистической партии, которая одной из первых задач поставила посадить всех попов. «То, что ты здесь покажешь, – заключил следователь, – об этом никто не будет знать, и на суд тебя вызывать не будут». Затем следователь вручил свидетелю чистые бланки протоколов допросов, чтобы тот заполнил их дома. Бланки свидетель взял, но не заполнил их, и не зная, чем заполнять, и боясь ответственности.

Следователь, видя, что свидетель не торопится прийти к нему с показаниями, два раза заходил к нему на квартиру сам, но тот, избегая встречи, прятался от него. Тогда следователь снова вызвал его, а также одного из его приятелей, некоего Илью Тимофеевича, в районный отдел НКВД. Первым он позвал к себе в кабинет Александра Ивановича. Дал ему бланки протоколов допросов и предложил заполнить их собственноручно. Увидев через некоторое время, что свидетель ничего не пишет, следователь составил небольшой конспект и на основании этого конспекта предложил свидетелю написать показания. Когда протокол был написан, следователь прочитал его, но он ему не понравился, и, разорвав его, он сам заполнил бланк протокола допроса и потребовал, чтобы свидетель его подписал, что тот, наконец, не читая, и сделал. Затем следователь позвал к себе Илью Тимофеевича, которому также предложил подписать заранее написанные протоколы «свидетельских показаний». Увидев на его лице колебание, следователь стал его убеждать, что в этом ничего страшного нет, и сослался на бывшего тут только что Александра Ивановича, и таким образом убедил и его подписать, не читая, протокол. Впоследствии, когда следователю понадобились лжесвидетельства против других людей, он, зайдя к Илье Тимофеевичу домой, попросил его подписать еще три пустых бланка протоколов, что тот и сделал.

Той же осенью оба лжесвидетеля случайно встретили на улице следователя, и тот предложил им дойти до села Ново-Ивановского, где, по его словам, ему нужно было кое-кого допросить, и те согласились. Когда они пришли в село, следователь попросил лжесвидетелей подождать его, а сам вошел в здание клуба. Выйдя оттуда через некоторое время, он вручил лжесвидетелям в награду за оказанные ими услуги спиртное, но сам пить с ними не стал и ушел.

Для более эффективного ведения дел следователь привлек к следственному процессу председателя Ново-Ивановского сельсовета, который согласился вместе со следователем писать протоколы допросов от лица лжесвидетелей, как хорошо знавший людей, проживающих в этом районе. Следователь сначала составлял конспект об антисоветской и антигосударственной деятельности подозреваемого, потом писал протоколы, а затем вызывал того, от чьего лица протоколы были написаны, а председатель сельсовета – тех, за кого он писал протоколы. Так в течение короткого времени они вдвоем составили более полусотни протоколов показаний лжесвидетелей, на основании которых были произведены многочисленные аресты…

Массовые аресты «церковников» прошли в районе 8 августа и 20 августа. Среди арестованных оказался Елисей Федорович Штольдер. Если верить обвинительному заключению, его послужной список являлся примером сопротивления безбожным властям – будучи священником церкви в Немчиновке, он всячески сопротивлялся ее закрытию, перебравшись в Ромашково, продолжал утверждать, что «скоро будет конец советской власти и церкви все равно скоро возвратят». Там же оказался и священник Алексей Константинович Соколов. По показаниям свидетелей, он говорил прихожанам вещие слова: «Надо пока мириться, но придет время и снова все церкви откроются, да еще новые будут…».
Диакон Елисей Штольдер арестован 8 августа 1937 года по ложному обвинению в контрреволюционной деятельности. 20 августа 1937 года расстрелян на полигоне Бутово под Москвой.
Протоиерей Алексий Соколов арестован 20 августа 1937 года по ложному обвинению в высказывании террористических настроений против руководителей партии и правительства. 14 сентября 1937 года расстрелян на полигоне в Бутово.
Священник Николай Гаварин арестован 29 августа 1937 года по ложному обвинению в контрреволюционной агитации против советской власти. 15 сентября 1937 года приговорен к десяти годам заключения в исправительно-трудовом лагере. Скончался в Ухтпечлаге 24 апреля 1938 года и погребен в безвестной могиле.
Диакон Елисей Штольдер и священник Николай Гаварин причислены к лику святых новомучеников. Относительно протоиерея Алексия Соколова в настоящее время собираются материалы для его канонизации.

Впоследствии родственники осужденных стали жаловаться на неправый приговор, доказывая невиновность родных. Было затеяно новое следствие, передопрошены свидетели, которые поначалу держались прежних показаний, боясь ответственности за лжесвидетельство, а затем все же заявили, что они оболгали людей. Новое расследование, произведенное в 1939 году, вынуждено было признать, что все приговоренные по делу были осуждены неправо. Однако в силу того, что перед безбожниками верующие люди, и тем более священнослужители, оставались все теми же врагами Коммунистической власти, приговор относительно них отменен не был…

После того, как священнослужители были подвергнуты репрессиям, Немчиновская церковь горела, после ремонта в ней был устроен клуб. Поселок оставался без церкви более полувека.

Возрождение храма началось уже в XXI веке. В 2002 году была восстановлена приходская община церкви. Богослужения проходили во временном помещении поселкового клуба, который находился на месте разрушенного храма. Тогда же прихожане начали активный сбор средств для построения нового здания. 3 февраля 2005 года был утвержден эскизный проект и получено благословение Высокопреосвященного Ювеналия, митрополита Крутицкого и Коломенского на строительство трехпрестольного храма. Центральный престол храма был назван в честь Рождества Христова, боковой придел – в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали», придел в цокольном этаже с крестильным храмом – в честь священномученика диакона Елисея Штольдера. Первое богослужение в храме состоялось на праздник Рождества Христова в 2007 году.

НОВОМУЧЕНИКИ ХРАМА

История храма в Немчиновке.

Священномученик Елисей (Елисей Федорович Штольдер)
День памяти – 7 августа (20 августа по новому стилю)


Родился 14 июня 1883 года в городе Смоленске в благочестивой семье помощника ревизора контрольной палаты. В связи со служебной деятельностью отца семья переехала из Смоленска в Ташкент, а затем в Москву. Елисей Федорович в 1902 году окончил шестиклассное Ташкентское училище, а по переезде в Москву стал работать бухгалтером в отделе сборов в управлении Александровской железной дороги, где и проработал вплоть до 1924 года. Женился на Елене Афанасьевне, и у них родилась дочь Галина.
История храма в Немчиновке.
История храма в Немчиновке.


С самого открытия храма Рождества Христова в поселке Немчиновка и до его закрытия в 1934 году Елисей Федорович Штольдер был ревностным его служителем. При открытии церкви по просьбе прихожан стал управлять церковным хором, а в октябре 1920 года был в этом же храме рукоположен в сан диакона митрополитом Крутицким Евсевием (Никольский). Службу в храме он продолжал совмещать со светской работой, однако, когда начальство узнало, что он является священнослужителем, Елисей Федорович был уволен. Руководство расценивало недопустимым для советского работника быть священносужителем. Позднее, на допросе, на вопрос следователя, почему он стал служителем культа, Елисей ответил, что с детства имел призвание служить Богу и был воспитан в православном консервативном духе… В Красной Армии Е.Ф. Штольдер не служил, так как имел отсрочку в связи с работой на железной дороге. Е.Ф. Штольдер был женат на Елене Афанасьевне Штольдер (1881 г.р.), имел дочь Галину Елисеевну Данилову (1908 г.р.). Елена Афанасьевна и Галина Елисеевна вели домашнее хозяйство. Семья диакона Штольдера проживала в поселке Немчиновка по Овражской улице в доме №33. В 1934 году Е.Ф. Штольдер был лишен избирательских прав как служитель культа. Избирательских прав была лишена и его жена.

В 1935 году (по некоторым сведениям – в 1933 году, и точная дата пока неизвестна) власти закрыли храм в поселке Немчиновка. Диакон Елисей Штольдер вместе с настоятелем храма Алексием Соколовым перешли служить в Никольский храм в село Ромашково. В это время власти стали собирать сведения обо всех священно-церковнослужителях для их последующего ареста.

1 ноября 1934 года в оперативный отдел УГБ УНКВД МО поступает донесение от секретного агента Ольховского, что Е.Ф. Штольдер имеет тесную связь с Михайловской Марией Юрьевной, дочерью крупного торговца Форштрем , живущего во Франции.

25 июня 1937 года в Кунцевский районный отдел УНКВД Московской области поступает от секретного агента Ельчанинова донесение следующего содержания: «Немчиновский диакон Штольдер Е.Ф. производит службу в Ромашковской церкви с попом Воронцовым, по селу они организуют верующих и ведут среди них антисоветскую агитацию. Верующих он вербует среди населения окружающих сёл».

28 июля 1937 года в Кунцевском районном отделе НКВД следователем Никитиным допрашивается житель села Ново-Ивановское Илья Сергеевич З. Вот что он рассказал на допросе: «Когда общество в 1933 году решило закрыть свою церковь, то Штольдер и с ним священник, фамилию не знаю, вели в то время интенсивную агитацию среди жителей о воспрепятствии закрытию церкви и срывали несколько раз собрание. Со Штольдером я беседовал два раза, и он мне говорил, что сов.власть делает неправильно, всё равно скоро возвратят церкви, придет то время…». Он также добавил, что Штольдер находится на церковном культе восемь лет и слывет ярым сторонником религии.

31 июля 1937 года Никитиным был также допрошен в качестве еще одного свидетеля колхозник из села Ново-Ивановское. На вопрос, что ему известно об антисоветской деятельности Штольдера, тот ответил: «Знаю его как заядлого врага советской власти. Служитель церковного культа абсолютно не хочет заниматься действительным честным трудом. Помимо занятия церковным культом, Штольдер активно ведет работу в отношении укрепления авторитета церкви среди населения. Особенно это было в период закрытия церкви в Немчиновке, в противовес общественному мнению, он (Штольдер) вёл прямую агитацию за оставление церкви и срывал в течение трех раз общественное собрание».

8 августа 1937 года оперуполномоченный лейтенант ГБ Рукоданов С.И. Кунцевского районного отдела ГУ НКВД постановил: «Гражданина Штольдера Е.Ф. привлечь в качестве обвиняемого по ст. 58 п. 10 УК, мерой пресечения способов уклонения от следствия и суда избрать содержание под стражей в Бутырской тюрьме». Постановление было согласовано начальником Кунцевского отделения УГБ НКВД лейтенантом ГБ Кузнецовым, начальником 4-го отд. УГБ УНКВД МО лейтенантом ГБ Ивановым и Заместителем начальника 4-го отд. УГБ УНКВД капитаном ГБ Персицем и утверждено начальником управления НКВД МО комиссаром Госбезопасности 1-го ранга Реденсом. Был выписан ордер на обыск и арест.

8 августа 1937 года в доме №33 по Овражской улице поселка Немчиновка в присутствии свидетелей был произведен обыск, и диакон Елисей Штольдер был взят под стражу. В заключение дьякона Елисея Штольдера дважды допрашивают.

Первый допрос проводил оперуполномоченный лейтенант ГБ Рукоданов С.И.:
– Какие у Вас имелись разговоры в отношении политики существующего строя?
– Вопрос политики меня не интересует, и каких-либо разговоров политического характера я ни с кем никогда не вел, – ответил Елисей Федорович.
– Следствием установлено, что Вы в 1933 году при закрытии церкви в пос. Немчиновке оказывали этому мероприятию активное сопротивление, дайте по существу этого показание.
– В период закрытия церкви я лично никакой агитации не вел, действовали вполне организованно, проводя собрание верующих, на котором и обсуждали вопрос в защиту сохранения церкви, ходатайствуя перед Моссоветом, и мы в течение двух недель церковь не закрывали.
На вопрос об его участии в контрреволюционной деятельности диакон Елисей ответил: «Хотя я человек не вполне лояльный Советской власти, но открыто контрреволюционной агитацией не занимался».
– Признаете ли Вы себя виновным в контрреволюционной деятельности?
– Виновным себя в каком-либо контрреволюционном преступлении не признаю…
История храма в Немчиновке.


Сохранился протокол допроса диакона Елисея (Штольдера) в архивных документах Таганской тюрьмы:
— Что вас заставило стать церковнослужителем? — спросил его следователь.
— Первая причина — это мое собственное желание, а во-вторых, я еще с детства ощущал в себе призвание быть церковнослужителем и любил богослужение.
— Какие политические соображения у вас имелись при перемене Вами образа и рода службы?
— При открытии церкви в поселке Немчиновка я по просьбе прихожан стал церковнослужителем, так как я и раньше был религиозен, и, хотя и был в то время на советской работе, а дал свое согласие служить в церкви, так как это соответствовало моему желанию.
— Следствием установлено, что вы занимались контрреволюционной агитацией, дайте по этому поводу показания.
— Хотя я человек не вполне лояльный к советской власти, но антисоветской агитацией не занимался.
— Свидетель обличает вас в том, что Вы в беседе с ним в декабре 1936 года вели контрреволюционную агитацию, предрекая гибель советской власти. Почему Вы это скрываете от следствия?
— В декабре 1936 года я с этим свидетелем не встречался и каких-либо контрреволюционных разговоров не вел. Этого свидетеля я знаю, встречи у меня с ним были, но каких-либо разговоров с ним у меня не было.
— Тот же свидетель уличает вас в том, что Вы в его присутствии вели пораженческую агитацию, предсказывая гибель советской власти.
— Опять повторяю, что бесед у меня с ним никогда не было, в частности и тех, о которых он показывает.
— Признаете ли себя виновным в контрреволюционной деятельности? — в заключение допроса спросил следователь.
— Виновным себя в каком-либо контрреволюционном преступлении я не признаю, — ответил диакон Елисей.

… Несмотря на данный ответ, 19 августа 1937 года состоялось заседание тройки при Управлении НКВД СССР по Московской области:
«Слушали: дело № 9409 по обвинению: Штольдера Елисея Федоровича. Активный церковник. Обвиняется в том, что, используя религиозные предрассудки верующих, вел среди них активную контрреволюционную деятельность, выступая с контрреволюционными призывами против новой Конституции СССР и высказывал террористические настроения по адресу руководителя Партии.
Постановили: Штольдера Елисея Федоровича расстрелять».

Диакон Елисей Штольдер был расстрелян 20 августа 1937 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.
Диакон Елисей Штольдер в 2000 году на Юбилейном архиерейском соборе был причислен к лику новомучеников и исповедников Российских.

Священномученик Николай (Николай Иванович Гаварин)

Дни памяти – 13 февраля (26 февраля по новому стилю)
11 апреля (24 апреля) – в Соборе Белорусских святых
25 января (7 февраля) – в Соборе новомучеников и исповедников Российских

История храма в Немчиновке.

Родился 23 декабря 1870 года в городе Якобштадте Курляндской губернии в семье священнослужителя Иоанна Гаварина. В 1893 году окончил Рижскую духовную семинарию по первому разряду и один курс духовной академии и был рукоположен во священника ко храму в городе Гродно. Был уездным наблюдателем церковных школ Гродненского уезда. В декабре 1903 года переведен на священническое место в кафедральный Софийский собор города Гродно. В 1906–1915 годах одновременно состоял законоучителем Гродненской частной женской 7-классной гимназии.
История храма в Немчиновке.

Во время Первой мировой войны в 1915 году, в связи с военными действиями, причт храма был эвакуирован в Москву, и отец Николай стал служить в храме святителя Николая на Щепах близ Смоленской площади. Спустя десятилетие после революции, в 1930 году советские власти стали выселять из Москвы тех, кого они считали социально чуждыми, а к ним в первую очередь принадлежало духовенство. Потеряв место жительства, отец Николай уехал сначала в село Кунцево, а затем поселился в поселке Немчиновка под Москвой и стал служить в храме Рождества Христова. 20 сентября 1935 года было отдано распоряжение о закрытии этого храма. В течение трех дней верующие попытались обжаловать это решение, но власти стояли на своем: храм закрыть. В это время в поселке было около семисот домов и проживало восемь тысяч жителей, из которых две тысячи подписались как верующие под заявлением с протестом против закрытия храма. 2 апреля 1935 года, живший на покое в Немчиновке архиепископ Иннокентий (Соколов), отец протоиерея Алексия Константиновича Соколова, настоятеля храма, направил ходатайство на имя сестры Ленина Марии Ильиничны. Ответа на это письмо не последовало. Храм был закрыт. Весь клир храма, включая протоиерея Алексия Соколова, священника Николая Гаварина и служившего в этом же храме диакона Елисея Штольдера, вынужден был перейти служить в Никольский храм в селе Ромашково.

На основании лжесвидетельств 29 августа 1937 года священник Николай Гаварин был арестован и заключен в Таганскую тюрьму в Москве.
Архивные документы Таганской тюрьмы 1937 года сохранили протокол допроса священника Николая (Гаварина):
– Беседовали ли вы со Штольдером на политические темы? – спросил священника следователь.
– Мы беседовали о церковных делах, как сейчас нам, священнослужителям, живется плохо при советской власти. Говорили о газетных новостях, об испанских событиях, выражая сомнения, что испанские войска победят фашистов, которые сильны своим вооружением.
– Значит, вы находились на стороне фашистских войск?
– Я этого не могу сказать: мы считали, что фашистские войска сильны своей техникой и организованностью; кроме того, им помогают такие сильные государства, как Германия и Италия.
– Расскажите о своих антисоветских разговорах, которые вы вели вместе со Штольдером.
– Мы беседовали о том, что советская власть неправильно делает, что закрывает церкви, устраивает гонения на церковнослужителей, давит налогами.
– Расскажите о содержании антисоветских бесед подробнее.
– Не могу. Забыл.
– Расскажите о вашем отношении к советской власти.
– Мое отношение к советской власти отрицательное. Я не могу помириться с советской властью за те притеснения, которые мы терпим.
– Следствием установлено, что вы состояли в контрреволюционной террористическо-повстанческой группе и вели активную агитацию против советской власти, членов советского правительства и вождей Коммунистической партии. Дайте показания по этому вопросу.
– Я был недоволен советской властью по вопросу ее отношения к религии и к нам, священнослужителям. Но в контрреволюционной группе я не состоял.

Иерея Николая Гаварина обвинили в контрреволюционной деятельности и антисоветской агитации. 15 сентября 1937 года тройка НКВД приговорила отца Николая к десяти годам заключения в исправительно-трудовом лагере. Скончался в Ухтпечлаге в бассейне рек Ухты и Печоры 24 апреля 1938 года и был погребен в безвестной могиле.

Определением Священного Синода от 24 декабря 2004 года причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания.
Решением Белорусского Синода от 12 января 2012 года введен в Собор Белорусских святых.

Использованные материалы
Дамаскин (Орловский), игум. «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века». Тверь. 2006.
БД ПСТГУ Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX веке.
Яновский А.С. Неизвестное творение архитектора Струкова.
http://www.mosjour.ru/index.php?id=2263
Ватлин А.Ю. Террор районного масштаба.
http://krotov.info/library/03_v/at/lin_01.htm

________________________
1 В начале XX века в Немчиновке было имение Форштремов. Леонид Юрьевич Форштрем – купец, фабрикант, пианист, был владельцем шоколадной фабрики «Л. Форштрем», основанной в 1859 году его дедом. После национализации фабрики в 1918 году Л.Ю. Форштрем вместе с женой и дочерью уехал в Париж. Однако через четыре года семья по приглашению советского правительства вернулась в Россию. Как специалист кондитерского производства Леонид Юрьевич работал на Государственной кондитерской фабрике № 1 (с 1922 г. «Красный Октябрь»). До сих пор пруд в Немчиновке носит название по фамилии владельца имения на берегу этого пруда – Форштрем.

2 В 1958 году вдова расстрелянного диакона Елисея Штольдера Елена Афанасьевна подала заявление в прокуратуру о реабилитации своего мужа. 26 апреля 1958 года помощник прокурора Прокуратуры Кунцевского района Московской области юрист 3-го класса Будкин допросил в качестве свидетеля Богданова А.Д., 1882 г.р., главного бухгалтера профсоюза железнодорожников Калининской железной дороги. Богданов А.Д. заявил, что никогда от Е.Ф. Штольдера он не слышал контрреволюционных высказываний. По целому ряду фактов Будкин пришел к выводу, что дело было фальсифицировано. 22 августа 1958 года председателем президиума Московского областного суда А. Коротковым дело было закрыто как не имеющее состава преступления, и диакон Елисей Штольдер был посмертно реабилитирован.

Адрес:

143026, Московская обл., пос. Немчиновка, Одинцовский район, ул. 2-й Просек д. 2-б

www.hram-nemchin.ru

+7 919-105-55-81

Разработчик сайта:

Фёдор Морозов. Контакты:

 [+79629651422]

e-mail: fedoriko2010@yandex.ru